• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: рассказы (список заголовков)
20:13 

lock Доступ к записи ограничен

Les vampires ça n'existe pas! La psychanalyse ça ne marche pas!
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
20:53 

lock Доступ к записи ограничен

Les vampires ça n'existe pas! La psychanalyse ça ne marche pas!
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
13:01 

lock Доступ к записи ограничен

Les vampires ça n'existe pas! La psychanalyse ça ne marche pas!
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
20:27 

Les vampires ça n'existe pas! La psychanalyse ça ne marche pas!


Низко опускалось холодное, уже почти зимнее солнце. Оно засыпало, не разгоняя тумана по утрам и быстро гаснув в свете фонарей, заставляя меня бесцельно бродить по улицам, в надежде поймать его последние лучи. Там, где я родился, с марта по ноябрь текла настоящая солнечная река, пышущий жаром Нил. Его небесный мед тек по моим жилам. Смотреть на чужое далекое солнце, для меня было невыносимо.
Но мое время заканчивалось, наступала пора брата. Это означало, что скоро мы с ним встретимся. Это и радовало и злило меня, потому что с его приездом уйдет тепло и многие из моих маленьких радостей.
Я вышел из города. Кое-где в воздухе кружились первые снежинки. Я быстро сошел с шоссе и вскоре набрел на здание с высокой оградой, окруженные низкими черными деревьями. Здесь, на окраине Вены еще лежала терпкая, горячая внутри, палая листва. Я не удержался и прикоснулся к ней щекой. Будет повод брату посмеяться над моими ребячествами.
Сквозь кустарник у ограды, мозаикой просвечивало солнце. Маленькие красные ягодки на тонких веточках с шипами.
Барбарис. Я узнал его.
Та же ограда, сквозь которую лениво светит солнце.
Большая яма в земле. В ней люди. Много людей.
То было трудное время, для всех. Почти все из нас тогда уехали. Я остался, у меня едва хватало сил, чтобы покинуть город. Я в отупении брел по пыльной проселочной дороге, схваченным морозом полям… Пока не споткнулся о комья грязного снега.
Большая яма. В ней люди.
Мы видели смерть много раз, много веков. Каждый раз, вкушая этот гнилостный плод, сулящий знание, но приносящий лишь пустоту.
Нет. Но все были так измучены, что даже мы плакали.
Мне захотелось крикнуть или разрыдаться, все, только бы нарушить покой этих мертвых серых лиц. Ударить их или обнять, только чтобы быть с ними, чтобы они услышали меня, лишь призрака. Что я такой же, как и они. Я тоже чувствую ее. Эту страшную пропасть, что терзала нас и которую не запереть в слова.
Пошел снег.
Снег не дает покоя дождя. Он только колет и режет своими льдинками давние раны. Не тает на мертвых глазах.
Барбарис. Маленькие капли крови на тонких веточках с шипами.
Ограда Маутхаузена.
запись создана: 30.10.2012 в 19:08

@темы: фото, рассказы, Сайлас, Братья

21:51 

Les vampires ça n'existe pas! La psychanalyse ça ne marche pas!
Все Асе Гольдштейн, моему деду и бабушке. И Вене.
***
Вне цикла.


В теплом октябре 19** года мы с моей молодой женой приехали в Вену. Мы первый раз были заграницей. Мы ждали сказочного приключения, волшебства. Но нас ожидало разочарование. По исходу трех дней, в моей голове плясал странный хоровод из сытых австрийцев, золота оперы, буклетов замков, шведских столов и чудес европейского быта.
Мне казалось, что меня обманули, обокрали. Украли ту мечту о волшебстве, магии таинственной австрийской столицы. Во мне клокотала ярость. В безотчетном порыве я сорвал с кровати тяжелый шнур балдахина и стал топтать его ногами. Номер с балдахином мы выиграли в лотерее, устраиваемой отелем. Все улыбались, это ведь так романтично, как удачно, что он достался молодой паре.
Они разыгрывали романтику, как гуся на ярмарке.
Не желая вымещать свое плохое настроение на жене, я схватил пальто и шляпу и выбежал на улицу.
Бесцельно побродив среди так быстро пресытивших узких улиц, я набрел на книжную лавку. Что ж, книги всегда были мне лучшим лекарством. Я вошел внутрь, звякнул дверной колокольчик.
Здесь я был в своем мире. Полку за полкой я обходил всю лавку, за мной росла стопка книг.
Мои руки касались тепла шершавых и гладких кожаных и картонных переплетов, постепенно меня окутывал столь знакомый, убаюкивающий сладковатый запах старой бумаги. Когда я, очнувшись, обернулся, то моя стопка уже напоминала угрожающую падением пирамиду. К сожалению, мои аппетиты в книжном деле никогда не соответствовали финансам. Но, вывернув все свои запасы, я обнаружил, что у меня все-таки хватало на половину моих сокровищ. Я застыл в нерешительности, я никогда не умел выбирать. Хозяин, тихий старичок, с равнодушием скользнув по моему растерянному лицу, отошел в кабинет за кассой. Я был уже готов бежать в гостиницу за недостающей суммой, как в лавку зашел мужчина в старом истертом пальто, очень высокий с длинными, вытянутыми руками и ногами. Я поежился, незнакомец, словно принес с собой туман и сырость вечерней улицы. С минуту он наблюдал за моими терзаниями. Сам не зная почему, я извиняющее улыбнулся и заговорил:
- Мне хватает на половину, все никак не могу выбрать…

- Возьмите лишь одну.
Я взглянул на незнакомца.
Он провел пальцами по корешкам книг.
- Чудо должно быть одно. Иначе это не будет чудом.
Я промолчал, стараясь выбрать самое ценное издание. Что-то редкое, букинистическое, но содержательное, возможно этот милый антикварный томик поэзии 18 века или может быть…
Вернулся хозяин, я расплатился. Второго посетителя он словно бы и не заметил. Мы вместе вышли. Уже смеркалось, на улицы опустился густой туман. Желтый свет фонарей тонул в молочной пелене. Я не смог узнать, где нахожусь. Я спросил незнакомца, не знает ли он, как пройти к G*******?
- Да. Я провожу Вас.
Я почувствовал себя странно, мною владело какое-то мутное, доселе незнакомое ощущение.
Я спросил, чтобы услышать свой голос и успокоится:
- Вы любите книги?
- Не все.
В обычной жизни меня бы такой ответ повергнул бы в ярость. Это фраза показалась бы мне кощунством. Я был букинистом, всю мою жизнь составляли книги. А здесь такая пренебрежительность в голосе.
Туман окутывал нас, как мутная вода в реке. Я смотрел на эти, уже почти не видимые улицы, мои веки тяжелели. Мне показалось, что они задвигались. Дома, забыв о сытых бюргерах, посудомоечных машинах и мыльных операх, перестукивая камнями, будто стремились выплеснуть на меня все свои тайны. Со всех сторон ко мне подступали тени былого. Рыцари и дамы в бархате с гербами, сгорбленные крестьяне, фиакры с роковыми женщинами и их восторженными поклонниками, фаты, студенты, все те, о ком я читал и грезил. Все это кишело, обхватывало меня, терзало, возносило и свергало. Сердце отчаянно стучало, легкие сдавливали грудь. Моя душа, приоткрыв занавесу неведомого, ликовала. Я потерял счет времени, не сознавал, где нахожусь.
«G*******»
Передо мной разноцветными огнями горела вывеска моей гостиницы.
Я словно пьяный поднялся в номер и рухнул на кровать. Валентина еще не вернулась из оперы.
Я тихо рассмеялся. Засыпая, мне почудилось, что кто-то перелистывал страницы книги и смеялся мне в ответ.

- Вы любите книги?
Не все. Только те, которые читают люди.

@темы: история, Сайлас, Братья, рассказы

13:58 

lock Доступ к записи ограничен

Les vampires ça n'existe pas! La psychanalyse ça ne marche pas!
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL

Скандинавский подоконник

главная